ЛАРИСА ЛУЖИНА. «Одиночество мне наворожили»

ЛАРИСА ЛУЖИНА. «Одиночество мне наворожили»

История советской Золушки, превратившейся в принцессу кино, — это про нее. Но принцы, которым она отдавала свое сердце, не смогли сделать ее жизнь безоблачно счастливой

О личной жизни Ларисы Лужиной ходят легенды. Знаменитые партнеры по съемкам, масса поклонников, несколько браков. Многие считали ее, красавицу с огромными глазами и всепобеждающей улыбкой, избалованной мужчинами. Однако это не так. Ларису Лужину, по ее признанию, в мужчинах всегда «цеплял» какой-то магнетизм.

Лариса Лужина. «Человек может быть совершенно некрасивым, но чувствуешь в нем такое мужское начало, что… Многое зависит от того, как ты к семье относишься, стараешься ли сохранить ее во что бы то ни стало. Надо тут уметь вперед заглядывать. Я не умела, жила в любви одним днем. Знаете, когда-то цыганка нагадала мне много мужей, но сказала, что в конце концов я останусь одна. Так и вышло.

Мужчина должен быть надежным. Надо, чтобы тот, кто рядом с тобой, был порядочным, нежадным, в чем-то талантливым, умным, чтобы с ним было интересно. И чтобы не предал. Очень важно, чтобы работал, мог содержать семью, помогать детям, был хорошим отцом. Правда, звучит банально? Но именно таких я всегда искала и не находила. Да, все мои мужья были людьми очень интересными, тем и привлекали. Но они все у меня были безработными! Обеспечивать семью — во всех моих браках, при всех мужьях — с самого начала была моя задача. А мне, как любой женщине, хотелось, чтобы рядом был человек надежный, чтобы было на кого опереться, облокотиться. Я с первого курса снималась, зарабатывала деньги, по тем временам неплохие. А Алеша, мой первый муж (Алексей Чардынин. — Прим. ред.), в то время был ассистентом оператора, получал очень мало. Мы с ним познакомились на втором курсе ВГИКа. Высокий, красивый и талантливый. После института поженились. Тогда, конечно, мы не считали, кто сколько принес в дом, но однако я все на себе тащила. И через семь лет брак распался.

Лариса Лужина

«Главное, что хочу видеть в людях, — добропорядочность, искренность, чтобы лжи не было в отношениях».

Родилась 4 марта в Ленинграде Отец — Анатолий Иванович, штурман дальнего плавания. Мать — Евгения Адольфовна, работница В1959 году поступила на актерский факультет ВГИКа (мастерская Сергея Герасимова) В1962 году на кинофестивале в Каннах представляла картину «На семи ветрах» Лауреат национальной премии «Золотая ветвь телевидения ГДР» (1965) за роль в сериале «Доктор Шлюттер» Народная артистка РСФСР (1989) Сын Павел, внуки Данила, Матвей, Прохор

Валерий Шувалов, отец моего сына Павлика, когда мы с ним познакомились на съемках фильма «Золото», был вторым оператором и тоже не густо зарабатывал. Только потом, когда мы уже разошлись — Павлику было шесть лет, — он стал оператором-постановщиком, снимал «Экипаж», «Интердевочку» — встал на ноги. Из всех мужей только он был человек семейный, стремящийся быть опорой. Но я алиментов с него не требовала, сына сама обеспечивала. Не захотела ничего брать, потому что сама была виновата в нашем разводе, в распаде семьи. А он помогал, насколько считал нужным и возможным. Да и имущество у нас было разное: квартиру каждый имел свою, так что делить ничего не пришлось.

Развелись мы из-за того, что я… влюбилась. Снималась в картине «Встреча в конце зимы», он был сценаристом фильма (Владимир Гусаков. — Прим. ред.). А мне ведь говорили: зачем семью губишь? Ну случился роман, со съемок бы разъехались, и все бы забылось. Но я не могла: как же, любовь, нельзя мужа обманывать! Владимир стал моим третьим мужем. Он дома сидел, писал сценарии, которые никто не брал. Ходил, пробивал, пробивал, пробивал — не пробивалось. Так десять лет и прожили. Впустую, коту под хвост.

«Я влюблялась, и мне хотелось, чтобы это не было коротким романом»

Правда, нужно сказать, мой сценарист был хорошим человеком, к Павлику прекрасно относился, много с ним занимался. В воспитании сына он мне помог, увлекал Павлика литературой, искусством. Но не был главой семьи. На этот раз инициатором развода была не я: он от меня ушел сам к другой женщине. Для меня это было трагедией… Сейчас у него после меня вторая или третья жена, молоденькая, родила ему троих детей, которых он воспитывает, сидя дома. Такой вот нянь! А жена работает, зарабатывает на семью. Вот такие мужчины мне доставались. Не могли они обеспечить тыл, чтобы женщина не тащила все на своих плечах. А мне хотелось иногда почувствовать себя слабой, беспомощной. Ну не то чтобы беспомощной — защищенной. Но никогда этого не чувствовала. Получается, что не умела я выбирать мужей. Безоглядно бросалась по зову сердца, подчинялась чувству, но через некоторое время все это куда-то исчезало, становилось скучно и неинтересно. Просто существование под одной крышей не для меня. Я влюблялась, и мне хотелось, чтобы это не было коротким романом, чтобы все было серьезно. А потом это серьезное рушилось.

«НА ВЫСОЦКОГО СПЕРВА ОБИДЕЛАСЬ»

Раньше на съемках, если не было мужчины, молодого человека, который бы меня привлекал, я не могла работать, у меня ничего не получалось. В свое время много слухов ходило про наш роман с Володей Высоцким на съемках фильма Станислава Говорухина «Вертикаль». А ведь у нас с ним никаких отношений сердечных и не было! Мы только снимались вместе. Но с тех пор много всякой ерунды говорят, люди придумывают, что хотят. Мы просто дружили, и он в шутку за мной вроде бы немного ухаживал. Он за всеми ухаживал, а мне вот еще песню написал. Признаюсь, эта песня — «Она была в Париже», шутливая, ироничная — вначале мне показалась издевательской. Я даже сперва обиделась! А все думали, что Володя поет про Марину Влади. И, если бы Говорухин на одном из вечеров не проговорился, никто бы и не знал, что песня мне посвящена. А Говорухин так прямо и объявил: «Какая Марина Влади? Это Лариске посвящено!» Сама же я на этом не зацикливалась, не гордилась, никому не говорила и не хвасталась.

БЛОКАДНЫЙ ЛЕНИНГРАД

«Как ни мала я была, когда началась война, что-то яркими картинами засело в память…

Мой папа, Анатолий Иванович Лужин, был штурманом дальнего плавания, до войны ходил в загранку, бывал в Америке. До войны мы хорошо жили, помню красивые платья, синюю банку с золотыми звездочками из-под какао… Когда началась война, папа остался в Ленинграде, ополченцем защищал кронштадтский форт на Балтике. Его там ранили, привезли домой. Но кормить раненого было нечем, на маминых плечах были еще бабушка и мы с Люсей. Папа умер от истощения. Когда после его кончины мама перебирала постель, нашла под подушкой черствые кусочки хлеба, которые папа прятал для меня. К тому времени Люся уже умерла от голода, а бабушку убило осколком бомбы. Как ни страшно звучит, это было облегчением для мамы: не стало двух ртов. Ведь она одна работала на заводе «Красный треугольник». Мама, Евгения Адольфовна, родом из Эстонии. Она долго избегала называть свое отчество: во время войны оно звучало страшно, мама его стеснялась и боялась».

У нас с Володей были нормальные человеческие отношения, он бывал у нас дома, потому что дружил с Лешей, моим первым мужем. И с Валерой Шуваловым они дружили еще с института. Валера был оператором картины «Как царь Петр арапа женил», и, когда Володя не мог участвовать в съемках и куда-то уезжал, Валера его даже дублировал. Например, в постельных сценах. Потом ему говорили: «Ну, Шувалов, тебе повезло: в самых ответственных сценах за Высоцкого работать!..» Они бы ли одинакового роста, фигура, тип лица похож, и, когда его гримировали в арапа, в общем, сходило. Так что благодаря мужьям наша дружба с Володей Высоцким стала более протяженной во времени. Отношения сами собой распались, когда Высоцкий женился на Марине, а я рассталась с Алексеем. Встречались с Володей в театре, когда он приглашал на свои спектакли.

«МОИ ЛЮБИМЫЕ МУЖЧИНЫ»
Честно говоря, мне уже давно комфортно одной. Возможно, потому что есть работа, много приходится ездить — спектакли, творческие встречи, гастроли, съемки. Возвращаешься домой уставшая, и какое счастье, что там никого нет и не надо никого ублажать, ни с кем разговаривать! Да к тому же, если есть замечательный сын, хорошая невестка, любимые внуки, разве такой человек одинок? 1 февраля 2010-го родился мой третий внук, Прохор. Это большая радость, но и большая тревога за его будущее. То и дело отменяются гастроли с антрепризными спектаклями: видно, из-за кризиса у людей нет денег на билеты. Отсюда и страх перед завтрашним днем: не будет заработка — как жить? Мне ведь надо сыну помогать, он в своей семье один работает, невестке хватает забот с тремя детьми. Такова жизнь. Вместо того чтобы сын мне помогал, все наоборот: я и сейчас его должна поддерживать. Паша — звукорежиссер на «Мосфильме», работает с нашими ведущими режиссерами — Говорухиным, Шахназаровым. Жена Павлика, Маша, тоже звукорежиссер по образованию, но по специальности не работает, потому что в семье сразу появились дети — Даниил, Матвей, теперь вот Прохор. Имена им родители придумывают, а мне они нравятся, особенно Прохор. Есть в нем что-то очень мужское, твердое, надежное. Может быть, вырастет настоящим, сильным мужчиной, будет братьев и всех нас защищать.

А фамилия у внуков Шуваловы — моего второго мужа, отца Паши. Хотели дать хотя бы Прохору двойную фамилию Шувалов-Лужин, но в загсе отказали: не положено, бабушкину не записывают. Я расстроилась, что уйдет из нашего рода фамилия Лужиных…

«ДЕВОЧКА С ГЛАЗАМИ, ПОЛНЫМИ СЛЕЗ»

Внуки у меня чудесные. Но время такое сегодня — дети не умеют по-настоящему радоваться подаркам. У них все есть, все быстро надоедает. А у меня и куклы никогда не было, только мишка старенький. Зато как я была счастлива, когда мне пленный немец подарил мячик! Говорят, что с годами детство вроде бы придвигается ближе, а у меня не так, не получается, чтобы оно приближалось.

Война застала нашу семью в Ленинграде. Сама я блокаду не помню. Хотя какие-то картины вроде бы стоят перед глазами, но, возможно, это не столько собственные воспоминания, сколько рассказы близких. Ведь, когда блокада началась, мне всего три года было. Но потом мне очень много рассказывала мама, даже иногда кажется, будто сама все это помню.

ТАЛЛИНСКАЯ МОДЕЛЬ

«Думаю, мечта о сцене привела меня на подиум. Да и с закрытого предприятия по молодости очень тянуло на люди.

Когда я прочитала в таллинской газете, что Дом моделей набирает манекенщиц, сразу пошла показываться. Ведь дефиле, показ мод — это такое же публичное действо, зрелище, что и театр. В Доме моделей меня в.» измерили, проверили — |^^Н| худенькая, рост подходил: метр семьдесят два. А на модных тогда «платформах» я дотягивала до ста восьми-десяти. Меня взяли на демонстрацию юношеских нарядов, но очень скоро я стала показывать вечерние туалеты, рабочую одежду… Думаю, такая работа была очень полезна для формирования вкуса. Специально на тебя шьются красивые вещи, которые надо хорошо показать. Вырабатывается умение правильно двигаться, не смущаться перед публикой. Меня называли «смеющейся девушкой» — я всегда улыбалась на показах».

А что уж точно из собственной памяти — это время эвакуации в Ленинске-Кузнецком, в Кузбассе. Туда мы попали, когда нас после прорыва блокады вывезли из Ленинграда. Там мы с мамой прожили около года. Маленький был городок, теперь разросся. Лет пять назад я туда приезжала, просила показать мне мой детский садик. Но его на том месте уже давно нет. Нет и мясокомбината, где мама работала. Город сильно изменился, а тогда, в 44-м, фактически это была большая деревня. И сейчас перед глазами мой детский садик и то, как мы прыгали с крыши в снег. Еще помню собаку-лайку и шикарного пушистого сибирского кота. Жили мы в землянке, а рядом с ней росли большие кусты с черными ягодами…

«Всех эвакуированных разобрали, только мы с мамой остались стоять на платформе»

Никогда не забуду, как мы приехали в эвакуацию в Кузбасс, совсем без вещей, без одежды, в прямом смысле надеть было нечего. Нас высадили на платформе — пятнадцать женщин с детьми. И мы стояли, ждали, когда нас разберут местные жители. Поскольку брать эвакуированных обязывали, естественно, все старались выбрать кого-то покрепче, чтобы могли помогать по хозяйству. Рабочие руки были очень нужны, ведь почти у всех мужья и сыновья воевали, у многих уже погибли. И всех разобрали, только мы с мамой вдвоем остались стоять на платформе, пока нас не пожалела одна женщина. Потом тетя Наташа рассказывала, что ее тронула маленькая девчонка с глазами, полными слез. Она взяла нас к себе, отдала мне какую-то тужурку своей дочки Нади.

Еще навсегда запомнилось, как на концерте на мясокомбинате, где мама работала, я читала стихи Твардовского «Рассказ танкиста» и директриса мясокомбината наградила меня жареной котлетой. Необыкновенный вкус этой котлеты до сих пор помню.

ГОРЬКАЯ «СЛАДКАЯ» ЖИЗНЬ

После победы мы сразу поехали в Ленинград. Возвращались в теплушках, целый месяц сидели и спали на полу, на который была набросана солома. Но когда подъезжали к Ленинграду, вдруг открылась дверь и молоденький военный закричал: «Бабоньки, осталось тридцать километров до Ленинграда!» Все бросились парня обнимать, целовать — еле вырвался! Тут же женщины заволновались, стали искать в своих узелках вещи покрасивее, чтобы переодеться для встречи с родным городом. И на перрон все вышли похорошевшие, в цветных крепдешиновых платьях, с подкрашенными губами.

Но оказалось, что жить нам в Ленинграде негде, в нашу квартиру поселили других. Дядя, мамин брат, позвал нас к себе в Таллин.

Мама так и не пошла никуда учиться, работала на мясокомбинате, на кондитерской фабрике. Работа тяжелая, мама болела и умерла в 67 лет. Но и при таком здоровье дотянула меня до десятого класса. И дальше бы тянула. Но я сразу после школы в Ленинградский институт театра и музыки не поступила и решила, что пора помогать маме, зарабатывать деньги. Пошла на фармацевтический завод, таблетки заворачивала в целлофан. Потом мама устроила меня на кондитерскую фабрику в цех по производству зефира. Там сначала было интересно: и пахнет вкусно, и конфет можно было есть, сколько хочешь. Но очень скоро уже ничего и не хотелось. А главное — сахарная пудра буквально стояла в воздухе, проникала повсюду: в глаза, горло, пропитывала одежду. Даже сейчас рассказываю, а в горле что-то свербит. И зефир я прежде любила, но когда сама его делала… В общем, довольно долго видеть его не могла, а сейчас попросту равнодушна.

НА ДОСУГЕ

«Я не спортсменка, но всем понемножку занималась, а сейчас вот стала учиться бильярду.

Нравится, хотя пока не очень получается. Просто шары катать каждый может, а соображать, по-настоящему играть — целая наука. Захватывающая игра, азартная. Понимаю Борю Хмельницкого, который целые дни готов был проводить у зеленого стола. А на даче на Истре у меня на лужайке живет большой жираф. У других на газончиках коровы, гуси, гномы, медведи. А у меня, когда дача строилась, ребята-строители нашли большую поваленную сосну и сделали жирафа. Мне нравятся жирафы, да и песня Высоцкого по душе: «Жираф большой, ему видней». Такой красивый, когда на него смотрю — всегда улыбка сама собой на лице появляется».

В Таллинский дом моделей я попала случайно. Мы тогда жили очень бедно. В магазинах красивых вещей не было, разве что в комиссионках, куда сдавали вещи моряки дальнего плавания. Но цены — безумные, недоступные. Приходилось год-полтора работать, чтобы купить там платье. И когда вдруг из замухрышки превращаешься в принцессу, выходишь на подиум, тебе аплодируют, восхищаются — совсем другая жизнь, как в театре! Прическа, макияж, а главное — красивые наряды… От всего этого чувство необыкновенное. Но в то же время работа нелегкая, по пять-шесть часов только примерок. Но в отличие от фабрик это дело мне нравилось: и легче, и, главное, красивее. До сих пор волосы дыбом встают при мысли, что могла годами в три смены заворачивать таблетки или делать зефир!

«Когда из замухрышки превращаешься в принцессу — совсем другая жизнь»

Но подиум не заменил мечту о сцене. Через два года после окончания школы nocrv-пила во ВГИК, мне посчастливилось стать ученицей Сергея Аполлинариевича Герасимова. Это перевернуло всю мою жизнь! Актерская судьба принесла мне не только аплодисменты, любовь зрителей, поездки в Канны, Прагу, Карловы Вары, Берлин, Париж, Лондон, но и влюбленности, романы, замужества. Но… Женщинам с сильным характером часто не хватает тепла и заботы от любимых мужчин. Вот и сложилось так, как нагадала мне цыганка…

Записала Эдда Забавских, ИМЕНА март 2011

Быстрая производится с помощью нашего сайта. Отлично меню, которое не оставит равнодушным даже самого привередливого гурмана.

Мой блог находят по следующим фразам

Мой блог находят по следующим фразам

Один комментарий

  1. мая 27, 2011

    Вертикаль смотрел… прикольный фильм…

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>